Владимир (wg_lj) wrote,
Владимир
wg_lj

Categories:

Продолжая читать «Былое и думы»

Я совершенно не поклонник николаевской России и Николая I, но вот какие мысли пришли в голову, когда я читал о «первой ходке» Герцена.

Скорее всего, Герцен вызывал крайнее неприятие у судивших его людей. Это были, как к ним не относись, служаки, а Герцен (с их точки зрения) – барчук и бездельник, окончивший университет, шатающийся без дела и сбивающий с толку других учащихся и служащих молодых людей и ломающий им жизнь. Пожалуй, именно этим можно объяснить очень неприязненное отношение к Герцену, о котором он сам упоминает, расследующих дело, а не какими-то другими причинами. Кстати, что интересно, судила Герцена и К фактически «тройка», только в несколько большем численно составе, т.е. собранные для принятие решения различные представители власти (московский комендант, губернатор и т.п.). Допросы также велись часто чуть ли не на квартирах этих людей.

Насколько можно понять из сбивчивого рассказа Герцена, суть дела состояла в следующем. По делу существовало две группы. Одна как бы «идеологов», «сен-симонистов», состоящая из Огарева, Герцена и ряда других, другая – некоторым образом приятелей и собутыльников членов первой группы. Именно вторых полиция застукала за распеванием за бутылкой оскорбительной для монарха песни. Каким-то образом у полиции создалось впечатление, что именно первые подстрекали вторых. Герцен утверждает, что вся история с крамольной пьянкой была чуть ли не специально спровоцирована и подстроена полицией для того, что застукать на горячем именно «голову», т.е. его и его близких друзей. На самом же деле, думаю, дело было несколько иначе, а именно – пусть даже поверхностная личная связь пьяных певцов с Герценым и К стала для первых трагедией. Вероятно, отчасти и это стало причиной неприязни для служак, вынужденных впаять почти невинным пьяницам чрезвычайно серьезное наказание, в то время как Герцен сотоварищи отделались в итоге фактически легким испугом, учитывая что им изначально вменялось следствием («тайное общество»). Судьи и следствие совершенно правильно оценили Герцена, как «превредного и совершенно неисправимого молодого человека». Но вот доказательств и оснований для серьезного наказания не смогли найти.

В итоге виновные только лишь в пении крамольной песни были приговорены к бессрочному заключению в Шлиссельбургской крепости. Из них один, художник Уткин через два года умер в каземате. Судьба прочих была тоже незавидна.

А Герцен, Огарев и их товарищи всего лишь ссылались в различные провинциальные города.

Опять же можно себе представить, насколько князю Голицыну было отвратительно наглое поведение Герцена (тот описывает, как он красовался своей «непреклонностью»), которое учитывая разницу наказания его и его менее удачливых в этом смысле приятелей, было еще и глубоко циничным.

Кстати, еще один интересный момент. Один из наказанных, Лахтин, вовсе до объявления приговора, не был арестован, как например, Герцен. Его ошарашали ссылкой. У Лахтина, была в тот момент беременная жена, сам он был слаб здоровьем и через три года умер в ссылке. Неожиданная ссылка Лахтина объясняется, видимо, вовсе не каким-то иррациональным «зверством» властей, на что намекает Герцен. А тем, что на него перед приговором настучал кто-то из «товарищей», покупая тем самым для себя более легкое наказание. Кто конкретно был этим стукачом, сказать, разумеется, невозможно, но мысль Герцена о нерушимом товариществе среди его единомышленников это несколько нарушает.

Кстати, еще один интересный момент в деле – пожары в Москве, совпавшие по времени с арестами Герцена и его товарищей. Это были очевидные поджоги, однако истинных поджигателей ни тогда, ни позднее найти не удалось.
Tags: Герцен
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments